7дней.ru

105 853 подписчика

Свежие комментарии

  • Гимназия почта МБОУ гимназия19 января, 2:38
    Кто ,что может себе позволить)))Посуда за милллио...
  • лариса брюханова17 января, 14:31
    ,, в моей команде есть специальный человек, который ищет правильные продукты, готовит, следит, что именно и сколько я...Наталья Бардо: «М...
  • Алексей Демидов17 января, 7:20
    Селфи, ну для бани селфи норм она ведь в нижнем белье. А большей селфи и нельзя .По следам Волочко...

Майя Плисецкая много лет была на особом контроле у КГБ

Майя Плисецкая много лет была на особом контроле у КГБ

«На приеме в советском посольстве Плисецкую представили министру юстиции США Роберту Кеннеди,...

Майя Плисецкая много лет была на особом контроле у КГБ
В фильме-балете «Анна Каренина». 1974 г. Мосфильм-инфо

«На приеме в советском посольстве Плисецкую представили министру юстиции США Роберту Кеннеди, высокому обаятельному мужчине — брату президента. Он спросил: «Я слышал, что вы, как и я, родились в ноябре 1925 года. А какого числа?» — «Двадцатого». — «И я тоже! А где вы будете в этот день?» — «Буду танцевать «Лебединое…» в Бостоне». — «Я пришлю вам подарок». 20 ноября Плисецкую разбудил стук в дверь…» — рассказывает корреспондент журнала «7 Дней» Павел Соседов.

Лет шесть назад у меня состоялся неожиданный телефонный разговор. «Здравствуйте, это архив Большого театра?» — услышал я в трубке. «Нет…» — с недоумением ответил я. «Тогда извините, я что-то перепутал…» — сказали на том конце. Но на всякий случай я уточнил: «А откуда у вас мой номер телефона?» — «Мне его дала Майя Плисецкая». — «С Майей Михайловной я знаком…» — «Значит, никакой ошибки нет — вы мне и нужны. Я редактор ее книги. Мы готовим переиздание к юбилею балерины, нам нужны новые, ранее не публиковавшиеся фото.

И она мне сказала, что у вас хороший архив ее фотографий…» Действительно, будучи поклонником Майи Плисецкой, я уже около десяти лет собирал фотоматериалы о любимой артистке. Познакомились мы с Майей Михайловной в 2005 году — в дни празднования ее 80-летия.

Плисецкая весьма придирчиво относилась к своим изображениям. Как мне рассказывали редакторы ее книг, чтобы выбрать одну фотографию для печати, балерина могла их штук триста пересмотреть. Помню, она говорила мне: «Да, фотография хорошая, но я знаю, что в этой роли были фотографии еще лучше, с более выгодных ракурсов. Зачем брать хорошее, если есть лучшее?» Я был свидетелем, как со свойственной ей прямотой Плисецкая рвала непонравившуюся фотографию, как только автор уходил. Это же касалось и других ее изображений — например, живописных портретов. Если ей не нравилось, она могла тут же передарить портрет или вернуть. В своей книге балерина рассказывала, как однажды в первый свой приезд в Америку позировала очень знаменитому художнику. По окончании сеанса заглянула за мольберт и увидела «рваное бело-синее пятно во всю величину холста». Она была очень разочарована, поэтому не назвала имя художника.

Майя Плисецкая много лет была на особом контроле у КГБ
Павел Соседов и Майя Плисецкая из личного архива Павла Соседова

Зато Плисецкая симпатизировала Марку Шагалу, которому позировала в его мастерской во Франции. Наброски, сделанные им с великой балерины, стали частью панно, украсившего новое здание Метрополитен-оперы в Нью-Йорке. Безоговорочно Майя Ми­хайловна принимала и свои образы, созданные двумя российскими художниками: Владимиром Шахмейстером, чья графика украшает все ее книги, выставки и гала-концерты, и скульп­тором Виктором Митрошиным — автором наградной статуэтки балетного конкурса «Майя» и памятника балерине. Я с улыбкой сегодня вспоминаю, как, не зная ничего этого, по наивности в свои 20 лет приносил Майе Михайловне какие-то фотографии, которые снимал на «мыльницу» на ее выступлениях. Смотреть на этих любительских снимках было абсолютно не на что, но Плисецкая, чтобы меня не обидеть, просматривала их все и говорила: «Ну, вот эта — ничего, ее, пожалуй, можно взять…»

Стала невыездной после гастролей в Индии

Со временем я узнал очень многое о характере Майи Михайловны, о ее жизни. А вся ее жизнь была испытанием на сопротивление. Судьба закаляла ее с раннего детства и в прямом, и в переносном смысле. Первые школьные годы Майя провела с младшим братом и родителями в Заполярье — на Шпицбергене, куда Михаил Плисецкий был назначен первым руководителем «Арктикугля», а затем — генеральным консулом СССР. В 1937 году отца Майи арестовали, а в 1938-м пришли и за матерью — актрисой немого кино Рахилью Мессерер. Михаил Плисецкий был расстрелян, о чем родственникам, конечно, не сообщили. А мать с младенцем — младшим сыном Азарием на руках отправили в Казахстан в лагерь для жен изменников Родины. Майе и ее среднему брату Александру грозил детдом. Но мальчика забрал в свою семью дядя Асаф Мессерер, балетмейстер, а девочку — тетя, балерина Большого театра Суламифь Мессерер, и это поз­волило Майе продолжить обучение в хореографическом училище. Асаф и Суламифь были знаковыми фигурами в артистическом мире. Кроме того, Асаф Михайлович был кавалером ордена Трудового Красного Знамени, на одном из приемов удостоился похвалы самого генсека. Заслуги Асафа вкупе с напористостью Суламифи позволили вызволить Рахиль с сыном из ссылки раньше срока. Перед самой войной Рахиль Михайловна вернулась в Москву и воссоединилась с Майей и Александром, все вместе они уехали в эвакуацию в Свердловск. Но там не было балетной школы. Майя пропустила целый год занятий (что для балерины — вечность!), а потом приняла решение ехать в военную Москву, чтобы продолжить обучение в балетном училище. Хорошо, что в Москве оставалась Суламифь… В марте 1943 года Плисецкая успешно оканчивает хореографическое училище. В том же году ее принимают в труппу Большого театра, где первый настоящий успех ей принесло участие в балете «Шопениана». Потом были «Раймонда» и «Лебединое озеро», которое Плисецкая станцевала по всему миру более 800 раз. И всякий раз производила фурор, ее танец и энергетика завораживали…

Майя Плисецкая много лет была на особом контроле у КГБ
«Долгие годы у Майи Плисец­кой на пути к мировому признанию стоял железный занавес. За балериной, славившейся своими прямотой и независимостью, был особый контроль» С Василием Лановым и Николаем Гриценко в фильме «Анна Каренина». 1967 г. Мосфильм-инфо

Однако долгие годы у Майи Плисецкой на пути к мировому признанию стоял железный занавес! Дальше соцлагеря (Чехословакии, Венгрии, ГДР) ее просто не выпускали. Майя Михайловна считала, что невыездной она стала после гастролей в Индии в 1953 году. К советской группе, как водится, были приставлены сопровождающие, призванные днем и ночью следить за артистами. А за Майей Плисецкой, славившейся своими прямотой и независимостью, был особый контроль. Не разрешали задерживаться у витрин, общаться без советского переводчика, самостоятельно выходить из гостиничного номера. При этом Плисецкая — лицо труппы, с ней все желали пообщаться, например, знаменитые индийские актеры Наргис, Радж Капур… А Майя Михайловна вынуждена была согласовывать каждый свой шаг с людьми из органов. Конечно, она не сдержалась: на замечания и придирки сопровождающих несколько раз отреагировала дерзко. На приеме у Джавахарлала Неру Плисецкой отвели место рядом с самим премьер-минист­ром. Через своего переводчика Неру стал вести с ней беседу. Актриса поймала сверлящий взгляд своего «надсмотрщика», сидевшего за дальним столом, — ему кусок в горло не лез, ситуация вышла из-под контроля. «О чем вы говорили с премьер-министром?» — спросил он Плисецкую после приема. «Неру спрашивал меня про вас, — с явной иронией ответила она. — Все едят, а один человек не притрагивается к еде. Он не ест по религиозным соображениям? Постится?» Этого гэбист ей не простил — в Москве составил соответствующий отчет…

После смерти Сталина жизнь в столице несколько изменилась. Ино­странные делегации зачастили в Со­ветский Союз, и Хрущев всех водил в Боль­шой на Плисецкую. К концу своего срока на посту генсека он жаловался: «Как представлю, что сегодня опять смотреть «Лебединое…», — аж воротит». Красавица Плисецкая — желанная гостья всех правительственных и посольских приемов. При этом ни на одни серьезные зарубежные гастроли Майю Михайловну по-прежнему не посылают, хотя слухи о фантастической советской балерине уже распространились по миру. Тем временем приближались очень ответственные и долгожданные гастроли — первый выезд советского Большого театра в Лондон… В списке артистов, включенных в поездку, Плисецкой снова нет, как и ее брата Александра (оба брата Майи, и Александр, и Азарий, стали солистами Большого).

Майя Плисецкая много лет была на особом контроле у КГБ
«Плисецкая всякий раз производила фурор, ее танец и энергетика завораживали» С Марисом Лиепой в балете «Спартак». 1971 г. РИА НОВОСТИ

На одном приеме с Плисецкой познакомился второй секретарь английского посольства Джон Морган. Он отлично владел русским языком и был знатоком и поклонником балета, посещал Майины спектакли, присылал цветы. Узнав, что Плисецкая не едет на гастроли в Лондон, был в недоумении и представил ее английскому пос­лу, который заверил, что будет настаивать на включении Майи в поездку — британцы должны увидеть ее в «Лебедином озере». Это дало надежду… Но ничего не изменилось, все чиновники, от которых зависело решение этого вопроса, отмалчивались или уходили от ответа. Не помогли ни письма, ни звонки в высокие кабинеты, ни встречи с Джоном Морганом, ни угрозы Плисецкой уйти из театра. Все, чего добилась Майя — того, что КГБ установил за ней круглосуточную слежку. Куда бы она ни пошла, по пятам за ней следовала машина с тремя молодчиками, которые даже не таились — работали вполне себе открыто.

Большой театр благополучно уехал в Лондон без нее. А в Москве объявили два внеочередных спектак­ля «Лебединое…». Неожиданно из разных высоких кабинетов Плисецкой стали поступать звонки с одним требованием: предотвратить потенциальный демонстративный успех этих двух спектаклей. Ибо внимание западной прессы и так приковано к факту отсутствия Плисецкой на английских гастролях. Екатерина Фурцева, в то время член Политбюро, пригласила ее на очную встречу, просила предотвратить шумный успех спектаклей, поговорить с активными поклонниками… Майя же ответила, что специально плохо танцевать не будет, а запретить людям кричать «браво» не в ее силах. Единственное, что она может сделать, — не выходить на сцену вовсе, отменить спектакли. Но это только вызвало бы дополнительный скандал: слух о том, что опальная Плисецкая будет танцевать «Лебединое…», уже разнесся по городу. Вся театральная Москва собралась поддержать артистку: не только театралы, но и коллеги — корифеи разных сцен. По признанию самой Плисецкой, это были два лучших спектакля в ее жизни, больше таких эмоций она не испытывала. Когда Майя в образе Одетты выпорхнула на сцену, началась такая овация, что оркестр был вынужден остановить музыку. Плисецкая три или четыре минуты не могла продолжить танцевать — казалось, эти мгновения переросли в часы. Кстати, после этого стало традицией, что на первый выход Майи Михайловны в «Лебедином…» всегда были долгие аплодисменты. В день первого спектакля зал был напичкан сотрудниками КГБ в штатском или переодетыми в капельдинеров. На спектакль явился и сам председатель КГБ Серов с супругой — видимо, хотел лично предотвратить провокацию. Во всех ложах стояли его подчиненные, которые отнимали у поклонников цветы, а тех, кто сопротивлялся, вытаскивали из зала. С некоторыми дошло до драки. Многих любителей балета тогда забрали на допрос, выясняли, не была ли спровоцирована эта «протестная акция» самой балериной.

Поклонники Плисецкой были готовы на все

Майя Плисецкая много лет была на особом контроле у КГБ
«Когда Майя вернулась с гастролей из США, ей присвоили звание народной артистки СССР, как благодарность за то, что не сбежала… Хотя у нее и мыслей таких не было — в Москве ее ждали любимый муж, сцена и зрители» С мужем Родионом Щедриным. 1962 г. РИА НОВОСТИ

У Плисецкой всегда были очень активные поклонники, готовые ради своего кумира на все. Среди них и Василий Катанян — режиссер-документалист, сын последнего мужа Лили Юрьевны Брик. В одной из своих книг он описал вот какую историю: однажды он сел в троллейбус и попросил передать деньги за проезд. И тут сидящий рядом мужчина с любопытством поднял на него глаза: «Ваш скрипучий голос мне знаком! Наконец-то я вас увидел. Не вы ли после каждого спектакля с участием Майи Михайловны орете: «Плисецкая, браво!»? Я играю в первых скрипках Большого театра, и мы всякий раз боимся, что вы в своем экстатическом восторге свалитесь в оркестровую яму и переломаете нам скрипки!»

Лиля Юрьевна Брик тоже часто приходила на Майины спектакли, всегда сидела в первом ряду и посылала на сцену корзину цветов. У нее был особый нюх на талантливых людей, многим художникам и людям искусства она помогала. В квартире Брик был своеобразный салон, где собирались талантливые современники. Естественно, Майя вошла в этот круг. У хозяйки был аудиомагнитофон — редкая по тем временам вещь, — на который Лиля Юрьевна записывала голоса друзей дома. Так появилась запись, как Майя Плисецкая голосом исполняет куски из «Золушки» Прокофьева. Эту запись Лиля Юрьевна однажды дала послушать молодому композитору Родиону Щедрину, и тот был поражен музыкальностью тогда еще не знакомой ему балерины. Вскоре Майя и Родион встретились — все там же, в гостях у Брик.

Правда, тогда, в 1955 году, на приеме, устроенном Лилей в честь приехавших в Москву Жерара Филипа и Жоржа Садуля, вспышки чувств между композитором и балериной не случилось. А в 1958 году Родион Константинович работал над музыкой к балету «Конек-горбунок», и для вдохновения ему посоветовали посетить занятие Майи Плисецкой в балетном классе. Он пришел, и вот тут-то любовь и страсть их настигли. В том же году они стали мужем и женой — и прожили 57 лет. Когда Плисецкая вышла замуж за Щедрина, у них появилась маленькая двухкомнатная квартира (правда, десятки лет спустя выяснилось, что она была оборудована прослушивающими устройствами). Квартира эта была в том же доме на Кутузовском проспекте, где жила Лиля Брик, — теперь они стали соседями и сблизились еще больше.

Майя Плисецкая много лет была на особом контроле у КГБ
«С кем только из влиятельных людей мира Майе Михайловне не довелось быть знакомой. Ей аплодировали стоя короли и президенты!» С Андрисом Лиепой и Николаем Цискаридзе на праздновании своего 85-летия. 2010 г. Юрий Феклистов

В квартире у Лили Юрьевны Майя познакомилась с ее сестрой — писательницей Эльзой Триоле и французским писателем-коммунистом Луи Арагоном — мужем Эльзы. Когда Плисецкая стала выездной, Триоле и Арагон ввели ее в круг парижской интеллигенции, познакомив с Леже, Шагалом, Карденом и другими. Мытарства Майи Михайловны закончились, когда сменилось руководство КГБ. Новые начальники не остались равнодушны к прошениям артистки — сняли с нее запрет на выезд, как и круглосуточное наблюдение. В 1959 году Плисецкая вылетела с театром в Америку. Публика и пресса принимали ее очень хорошо. Майя Михайловна подружилась с Леонардом Бернстайном, Артуром Рубинштейном, познакомилась с Мэри Пикфорд, Фрэнком Синатрой, Одри Хепберн, Кларком Гейблом и другими. А также встретилась со своими родственниками. В Москве ей сообщили, что в Америке живет ее кузен Стэнли, а дядя Лестер Плезент, родной брат отца, скончался. Возможно, в свое время именно брат, эмигрировавший в Америку за несколько лет до революции, стал невольным виновником ареста Михаила Плисецкого.

В Нью-Йорке в назначенный день все американские родственники собрались в одном доме, чтобы устроить Майе прием. Забавно, что никто из них, кроме одного престарелого дядюшки, не говорил по-русски… Спустя 73 дня — а именно столько продолжались гастроли Большого — Майя вернулась на родину, и вскоре ей присвоили звание народной артистки СССР, как благодарность от советской власти за то, что не сбежала… Хотя у нее и мыслей таких не было — в Москве ее ждали любимый муж, сцена и зрители.

Особый подарок от Кеннеди

Майя Плисецкая много лет была на особом контроле у КГБ
С братом Азарием Плисецким. 1962 г. РИА НОВОСТИ

Следующая поездка в США состоялась в 1962 году. Эти гастроли пришлись на ноябрь. На приеме в советском посольстве Плисецкую представили министру юстиции США Роберту Кеннеди, высокому обаятельному мужчине — брату президента. Он рассказал, что любовался Майей в «Лебедином…» в Москве еще в 1955 году. И неожиданно спросил: «Я слышал, что вы, как и я, родились в ноябре 1925 года. А какого числа?» — «Двадцатого». — «И я тоже! А где вы будете в этот день?» — «Буду танцевать «Лебединое…» в Бостоне». — «Я пришлю вам подарок. Завтра на спектакле, к сожалению, быть не смогу, но будут президент с супругой». На другой день Джон и Жаклин Кеннеди действительно были на спектакле. А после пришли за кулисы выразить свой восторг. На следующий день президент принимал всю труппу Большого в Белом доме и снова не поскупился на комплименты в адрес первой балерины СССР… 20 ноября в номере бостонской гостиницы Плисецкую разбудил стук в дверь. Это был курьер — он принес гигантский букет белых лилий и красиво оформленную коробку. В ней оказалось поздравительное письмо от Роберта Кеннеди и золотой браслет с брелоками, на одном их которых был изображен Скорпион — их общий знак зодиака, а на другом — Архангел Михаил. Вскоре Роберт позвонил Майе и повторил свои поздравления лично. Вот только английского она практически не знала, поэтому не смогла сказать ответных слов. В качестве подарка Плисецкая передала Кеннеди расписные деревянные ложки, привезенные из Москвы на сувениры.

С тех пор Майя Плисецкая и Роберт Кеннеди связи не теряли — обменивались поздравлениями и приветами друг другу. Вновь встретились на следующих гастролях Большого в Америке в 1966 году. Майя Михайловна в своей книге не скрывала, что их с Робертом тянуло друг к другу. Был большой взаимный интерес. Но языковой барьер, железный занавес и постоянное присутствие соглядатаев помешали этой дружбе или даже роману. Невероятно, но Роберта убили в дни четвертых гастролей Большого театра в Америке в июне 1968 года. По приезде театра в Нью-Йорк Майя с Робертом успели созвониться — планировали встретиться. Но 5 июня он был смертельно ранен, а 6-го скончался. Плисецкая узнала о трагедии за кулисами нового здания Метрополитен-оперы, потрясение было сильнейшим. В память о Роберте она решила открыть концерт исполнением незапланированного номера — «Умирающий лебедь». Первый и последний раз Майя Плисецкая станцевала «Лебедя...» без оваций и бисов, но под всхлипы и рыдания поднявшихся с кресел зрителей.

Майя Плисецкая много лет была на особом контроле у КГБ
«В юбилейном вечере участвовали все живые легенды мирового балета: и Барышников, и Нуреев, и Плисецкая... Майя Михайловна танцевала «Умирающего лебедя», и ее вызывали на бис три раза!» С Михаилом Барышниковым, Мартой Грэм и Рудольфом Нуреевым. Нью-Йорк, 1984 г. Getty Images Russia

С кем только из влиятельных людей мира Майе Михайловне не довелось быть знакомой. Ей аплодировали стоя короли и президенты! Вручали главные государственные награды своих стран… На родине, в России, Майя Плисецкая стала первой женщиной — полным кавалером ордена «За заслуги перед Отечеством». Она имела одну из высших наград Испании — была лауреатом Астурийской премии. В Японии была награждена Императорской премией, стала кавалером ордена Восходящего солнца. Была кавалером французского ордена Почетного легиона, а позже и офицером этого ордена. Однажды кто-то сыронизировал по поводу этой награды: «Я думал, что орден дают только героям Сопротивления». — «Так я всю жизнь и сопротивляюсь!» — парировала Майя Михайловна. И это было абсолютной правдой. Разрешение на все свои балеты, начиная с «Кармен-сюиты», Плисецкая буквально вырывала у советской власти…

Забавная история произошла на праздновании юбилея Мстислава Ростроповича в Париже. Майя Ми­хайловна и Родион Константинович, естественно, были приглашены (много лет они дружили с Ростроповичем и Вишневской). Им достался столик, за которым сидели греческая принцесса, Гейдар Алиев (президент Азербайджана), принц Монако Альбер и миловидная круглолицая дама. И она все расспрашивала Щедрина о его музыке. «Какая дотошная, — шепнул он Майе Михайловне, улучив момент. — Однако она хорошо воспитана». На другой день супруги полетели в Амстердам, и первое, что там увидели, — плакаты, расклеенные по всему городу, с изображением их соседки по столу на юбилее Ростроповича. Это была королева Нидерландов Беатрикс…

Майя Плисецкая много лет была на особом контроле у КГБ
«Что обычно просят поклонники у балерин? Пуанты. Но к моменту нашего знакомства Майя Михайловна уже все раздала. Поэтому на память об артистке у меня остались бесценные автографы» из личного архива Павла Соседова

Кстати, тот юбилейный банкет для Плисецкой и Щедрина закончился курьезом. После ресторана они решили поймать такси, чтобы добраться до своего отеля. Но когда вышли на улицу, начался проливной дождь. Они остановили такси, но тут выяснилось, что ни Плисецкая, ни Щедрин не помнят адрес. Раздраженный таксист, приняв супругов за пьяных, уехал, на прощание окатив Майю Михайловну водой. В результате великая балерина и великий композитор шли в вечерних нарядах под проливным дождем через Сену пешком — визуально они расположение отеля помнили.

Потрясающую историю об одном концерте с участием Майи Михайловны мне рассказал Андрис Лиепа: «В 1984 году в Нью-Йорке отмечали 90-летие легендарной американской танцовщицы Марты Грэм. Я тогда танцевал в труппе Михаила Барышникова, и мне дали пригласительный. В юбилейном вечере участвовали все живые легенды мирового балета: и Барышников, и Нуреев, и Плисецкая... Майя Михайловна танцевала «Умирающего лебедя», и ее вызывали на бис три раза! Можете себе представить, на бенефисе Марты Грэм три раза бисирует Плисецкая! Это было вне всяких театральных правил, но зритель ее не отпускал. Потом был прием, и за одним столом оказались Марта Грэм, Михаил Барышников и Майя Плисецкая. А вот Рудольфу Нурееву места за главным столом не досталось. Он очень обиделся и сел за другой стол, где его соседом оказался какой-то критик. Не замечавший раздражения Нуреева, критик беспрестанно ему на ухо что-то дудел. Тогда Рудольф рукой зачерпнул лед из ведерка с шампанским, высыпал этому бедолаге за шиворот, встал и ушел…» К Майе Михайловне Нуреев относился с большим пиететом — в 13 лет он впервые попал на ее спектакль в Большой театр и был зачарован ее искусством. В 1989-м Плисецкая в Лос-Анджелесе участвовала в благотворительном вечере по сбору средств в фонд борьбы со СПИДом, танцевала все того же «Лебедя...», а было ей уже 64 года! Перед началом концерта в своей гримерке она обнаружила фигурку лебедя, выполненную из белых лепестков роз. Спросила, от кого такой царский подарок, ей ответили: «Это привет от Нуреева»…

Майя Плисецкая много лет была на особом контроле у КГБ
«Энергетика, пластика и выступления Плисецкой поражали зрителей. Ее воздействие на публику было гипнотическим. Как только ее не называли: инопланетянкой, богиней танца, кометой, даже ведьмой…» В балетной миниатюре «Умирающий лебедь». 1961 г. РИА НОВОСТИ

Майю Плисецкую обожали и в мире высокой моды. Ив Сен-Лоран создал для нее костюм к балету «Гибель розы» в постановке Ролана Пети. А Коко Шанель устроила в своем Доме моды специальный показ. И после попросила Плисецкую дать мастер-класс по походке своим манекенщицам. Ее грация так восхитила Шанель, что она подарила балерине три наряда. Но совершенно особые отношения связывали Майю Плисецкую и Пьера Кардена. Последние десятилетия она носила исключительно его одежду, он создавал и костюмы ко всем ее балетам, которые написал Родион Щедрин по русской классике: «Анна Каренина», «Чайка», «Дама с собачкой»... Правда, Министерство культуры СССР запретило ставить имя зарубежного модельера в афишу. Это при том, что Карден работал для этих спектаклей бесплатно! Концертные костюмы для последних юбилеев Плисецкой тоже придумал Пьер Карден.

У Плисецкой была только одна слабость

Ко всему материальному Майя Плисецкая если и не была совсем равнодушна, то точно относилась без пиетета. Награды, деньги, драгоценности, недвижимость, деликатесы совершенно ее не занимали. А вот к чему Майя Михайловна имела слабость, так это к туфлям. Говорила, что всю свою жизнь вела поиски идеальной обуви на каблуке, в которой ее ноги бы не уставали. Поэтому в каждой стране и в каждом городе она обязательно отправлялась в лучшие обувные магазины и покупала несколько пар туфель. Любимой стали серебристые туфли, подаренные художницей Надей Леже в Париже аж в 1977 году. Майя Михайловна их очень берегла, так как считала идеальными (точнее, так ей подсказывали ноги), и надевала лишь по особым случаям. Например, для исполнения балета «Ave Майя», поставленного к ее 75-летию Морисом Бежаром.

Я неоднократно видел Майю Ми­хайловну на сцене в этом номере. Она исполняла «Ave Майя» вплоть до последних лет, и всякий раз зал взрывался от восторга! В любом возрасте энергетика, пластика и выступления Плисецкой производили огромное впечатление на зрителей. А что творилось в годы ее молодости! В 50-е в Большом театре шла опера «Фауст», во втором акте которой в сцене «Вальпургиева ночь» Плисецкая танцевала Вакханку. Так вот, в первом отделении зал филиала Большого театра был полупустым. Основной зритель приходил в антракте, чтобы посмотреть только сцену с Плисецкой. Ее воздействие на публику было гипнотическим. Как только Майю Михайловну не называли в течение жизни: инопланетянкой, богиней танца, кометой, даже ведьмой… Так ее фактически назвал лауреат Нобелевской премии Петр Капица. Посмотрев «Болеро», он сказал: «Майя, если бы вы родились в Средние века, вас бы сожгли».

Майя Плисецкая много лет была на особом контроле у КГБ
На концерте с Мстиславом Ростроповичем. 1993 г. Юрий Феклистов

Что обычно просят поклонники у прославленных балерин? Пуанты. Но к моменту нашего знакомства Майя Михайловна уже раздала на сувениры и благотворительные аукционы всю свою сценическую обувь. Однажды я был у нее дома — в очередной раз показывал какие-то фотографии. И Майя Михайловна на мой вопрос о пуантах сказала: «Так как пуантов нет, я подарю тебе кое-что другое. Подойди к полке, видишь красный корешок книги? Достань… (В красном твердом футляре оказался шикарный фотоальбом Плисецкой на французском языке, изданный Пьером Карденом.) В Москве такой альбом у меня один. Меня, конечно, будут ругать, если узнают, что я его подарила. Но в Мюнхене у меня есть еще несколько штук…» И подписала своим аккуратным крупным почерком серебряным маркером: «Пашеньке на добрую память. 9.01.10 Москва».

В последний раз мы виделись в апреле 2015 года. Плисецкая с Щедриным тогда прилетели в Москву на премьеру оперы Родиона Константиновича «Левша». На другой день мы созвонились с Майей Михайловной, обсудили фотографии, которые отобрали с редактором для переиздания книги. Я предложил сходить в сквер на Большой Дмитровке, чтобы сфотографировать ее на фоне картины в технике граффити, на которой Плисецкая изображена в роли Лебедя. Эту огромную, во всю стену дома, яркую работу нарисовал знаменитый бразильский художник Эдуардо Кобра. Плисецкой идея понравилась — ей было очень любопытно взглянуть на этот свой портрет в натуре, так как она видела его только на фотографиях. Но на другой день времени у нее было в обрез — Майя Михайловна встречалась с руководством Большого театра по поводу проведения своего 90-летнего юбилея, до которого оставалось ровно полгода. В сквер мы не попали, а через день супруги улетели... Меньше чем через месяц Майи Михайловны не стало…

А вскоре не стало и редактора ее книги. Выпуском переиздания занялись другие люди — фото из моего архива не вошли… Сквер с граффити сегодня носит имя Майи Плисецкой. В центре его теперь стоит прекрасный памятник скульптора Виктора Митрошина — Майя Плисецкая в образе Кармен. И всегда, когда я бываю рядом, обязательно заглядываю в этот сквер, чтобы поздороваться с Майей Михайловной…

Статьи по теме:

 

Ссылка на первоисточник

Картина дня

наверх