Михаил Боярский: «Андрей Миронов был самым щедрым из нас»

«Миронов всегда всех угощал. Хотя, как и все, получал по три с половиной доллара суточных. На чемпионате мира по футболу в Мексике все сидели на стадионе и умирали от жажды и жары. При этом между рядами ходили продавцы с напитками. Все страдали, но не покупали. Потому что за эти деньги можно было купить колготки.

А Андрей единственный встал и говорит: «Дайте, пожалуйста, всем по баночке кока-колы!» — вспоминает Михаил Боярский.

Я пошел в актеры, потому что искал себе интересную жизнь, веселую компанию. Ходил в театр к отцу и восхищался: о, какие потрясающие люди, с интеллектом, обаятельные, выпивают, курят. С ними здорово ездить на гастроли, резаться в карты, ходить на пляж, читать одни и те же книги. Меня тянуло к этим людям. В театре всегда женщины красивые были. Это тоже важно! Я ходил туда к отцу, смотрел и влюблялся в них. Шоколад носил актрисам. Папа представлял меня: «Вот, пришел мой отпрыск…» — и я протягивал красотке шоколадку. Компания — это очень важно. В театре и гримеры интересные, и рабочие сцены с юмором всегда. Ну там какая-то обстановка другая, не такая, как на стройке. Тоже рабочие, но другие. В преферанс играют, с артистами выпивают. Приходят за кулисы, участвуют во всех банкетах, капустниках. Они — это часть театра…

Поступал я в два вуза: в ЛГИТМиК и в Школу-студию МХАТ. Когда стало ясно, что со МХАТом складывается, пришел забрать документы из приемной комиссии ЛГИТМиКа. Но услышал: «Как вам не стыдно? Ваши папа, тетя, дядя и брат — все учились в Ленинграде, а вы налево?

» И я сказал: «Остаюсь!» Плюс мама с папой под боком. Я без них бы, наверное, пропал, я никогда не жил один…

После поступления был колхоз. Поехали туда все: режиссеры, кукольники, драматические артисты. Нам досталась капуста. Нужно было ее срубать большими ножиками и класть в ящики. В машину помещается 98 ящиков. Кто-то оставался готовить на всех, я сначала был водовозом, потому что лошадей обожал и умел запрягать. Потом стало скучно, и я подключился к капустной работе. Мы там перезнакомились, ночью ходили на озеро купаться. Я десять лет жил в деревне, которая была рядом, знал места под Любанью очень хорошо, водил всех на озера, в лес. Хорошо было, весело, не боялись ни жары, ни дождей, ни морозов. Конечно, покупали вино. Педагог сказал: «Увижу кого-нибудь выпивающим, с курса мгновенно выгоняю». И чтобы выпить по стакану, мы бегали в лес. Но и без вина нам было хорошо.