Еще недавно фильмы, действие которых полностью разворачивается на экране компьютеров, гаджетов и других электронных устройств, казались необычной находкой. Но в пандемию их появилось так много, что впору задаться вопросом: может быть, жанр умер, не успев родиться?
Сейчас формат скринлайф прочно ассоциируется с именем продюсера и режиссера Тимура Бекмамбетова.
Именно его компании «Базелевс» принадлежат, пожалуй, самые известные проекты в этом стиле, в том числе и ставший прорывом «Убрать из друзей». Его рекламная кампания активно напирала на свежий подход к съемкам — все актеры, опираясь на регулярно меняющийся сценарий и импровизируя, взаимодействуют друг с другом по сети, а мы наблюдаем за их чатом в Скайпе.
Как часто бывает в таких ситуациях, на самом деле формат не был таким уж прорывным — подобного рода эксперименты проводились и раньше, просто не получали такого мощного продвижения. К примеру, в 2006 году режиссер Майкл Гои снял триллер «Пропавшая Меган», действие которого почти полностью разворачивалось на экранах смартфонов. Гои явно был чересчур оптимистичен в своем представлении о возможностях мобильных технологий середины нулевых, к тому же фильм не мог похвастаться захватывающей драматургией и хорошей актерской игрой. До зрителей он вообще дошел лишь в 2011 году. Забавно, что картина недавно получила вторую жизнь на Западе благодаря ТикТоку — молодые пользователи сети, которые не увидели надуманности в постоянных видеочатах, выкладывали реакции на ленту, которая многих шокировала.
И все же именно «Убрать из друзей» стал родоначальником полноценного тренда.
Ожидание: новый киноязык
Собрав в мировом прокате более $60 миллионов при бюджете в $1 миллион, «Базелевс» приступил к эксплуатации формата. В интернете можно найти немало интервью, в которых как сам Бекмамбетов, так и его коллеги восторженно рассказывают о формате как о новом слове в повествовании, позволяющем по-иному раскрывать героев. По их словам, становится важно, как именно расположены папки и ярлыки на рабочем столе, текст, который герой набирает, а потом удаляет, прежде чем отправить сообщение, вкладки в браузере, обстановка в комнате, где стоит компьютер. Скринлайф, во-первых, требует от зрителя активного участия, поскольку тому надо внимательно всматриваться в происходящее и много читать, а во-вторых, использует ту часть современной жизни, которая стала чуть ли не самым важным аспектом общения.
Другая важная особенность формата — чисто коммерческая. По сравнению с обычными съемками, скринлайф гораздо дешевле и не требует масштабного производства. Обычно на это требуется чуть больше десяти дней и минимум локаций. Частично это компенсируется более долгим монтажом и в целом постпродакшном (то есть периодом между финалом съемок и непосредственным релизом), но даже тут есть плюс — команда фильма, а значит и размер гонораров сильно меньше, чем на стандартном производстве.
Результаты художественных экспериментов были неоднозначными. В 2018 году вышел «Поиск», захватывающий триллер об отце, ищущем свою пропавшую дочь. В «нагрузку» к стандартным приемам скринлайфа тут добавились движения камеры, направляющие взгляд зрителя на важные детали, и монтаж, позволяющий действию плавно переходить от одного интересного эпизода к другому. Иногда весь экран занимает ролик новостей, и только потом, когда виртуальная камера отъезжает, мы видим, что это всего лишь часть сайта, который изучает герой. Сам Тимур Бекмамбетов снял детектив о журналистке, входящей в доверие к радикальным исламистам, «Профиль», который получил приз зрительских симпатий на Берлинском кинофестивале. Фильм должен выйти позже в этом году. С другой стороны, мы получили комедию «Взломать блогеров» со звездами YouTube, породившую мем «Эксперимент вышел неудачным».
Творческие неудачи «Базелевс» не остановили, и Бекмамбетов продолжает верить в скринлайф. Ему удалось заключить контракт на пять фильмов с Universal, и он активно думает над историями, которые можно представить в этом формате. Судя по всему, после «Профиля» мы увидим современную экранизацию «Ромео и Джульетты», которую показали на фестивале «Сандэнс» в январе, а после, может быть, дело дойдет даже до «Сумеречного дозора» — о желании подогнать знаменитую серию под новый формат Бекмамбетов заявил совсем недавно.
Бизнес-план кажется логичным — почему бы не попробовать себя в разных жанрах, когда риски настолько малы, а потенциальный успех их полностью перекрывает.
Реальность: локдаун и самоизоляция
В далеком 1999 году в кинотеатрах вышла «Ведьма из Блэр», снятый за копейки псевдодокументальный ужастик, который продвигали как реальный фильм студентов из киношколы. Фильм был невероятно успешен в прокате и при бюджете меньше миллиона долларов собрал $250 миллионов. Это был не первый проект в этом формате, но раньше подобные картины не могли похвастаться настолько бешеным успехом.
Такая техника съемки казалась прекрасной продюсерской находкой — для фильма не нужно дорогое оборудование и декорации, импровизация на экране смотрелась органично. Достаточно было найти правильную локацию.
По-настоящему тренд запустился в 2007 году с премьерой «Паранормального явления», когда в кинотеатры хлынул нескончаемый поток псевдодокументальных картин, по большей части триллеров и хорроров. Довольно быстро зрители пресытились форматом, стали жаловаться на трясущуюся камеру, заезженные приемы и желание авторов подогнать совершенно неподходящие истории под стремительно выходящий из моды жанр. Сейчас псевдодокументальные фильмы выходят все реже.
Когда-то «Базелевс» считал себя уникальным игроком на поле скринлайфа, но сейчас это уже наверняка не так. Пандемия коронавируса смешала все карты. Продюсеры и режиссеры, почти лишенные возможности снимать традиционные фильмы, массово обратились к формату, который как нельзя лучше подходит для периода всеобщего локдауна. Один за другим в интернете выходили сериалы о карантине («Окаянные дни», «СидЯдома», «Постановочное») и даже фильмы. Так, на сервисе Shudder появилась картина Host (в русском переводе — «Астрал. Онлайн», что уж совсем подло по отношению к зрителю). Она рассказывает о спиритическом сеансе по Zoom’у и идет меньше часа. Несмотря на свою вторичность, своего зрителя она привлекла.
Постепенно скринлайф становится привычнее, появляется все больше отзывов уставших от формата зрителей, а учитывая, что теперь он будет ассоциироваться с пандемией, возможно, его ждет схожая с псевдодокументалистикой судьба.
«Базелевс», судя по всему, это понимает и уже думает, как сделать свои проекты интерактивными — чтобы зритель мог сам исследовать рабочие столы компьютеров и экраны телефонов героев. Здесь их, однако, ждут совершенно другие конкуренты — видеоигры. Такие проекты, как дилогия A Normal Lost Phone и Telling Lies, вовсю используют концепцию интерактивного детектива и даже привлекают голливудских актеров. Что здесь может предоставить скринлайф, кроме масштабных рекламных кампаний — вопрос.
Как вариант, фильмы и игры будут все больше сливаться друг с другом, пока граница между ними не станет совсем призрачной. А пока готовимся к очередной порции скринлайф-проектов.
Статьи по теме:
Свежие комментарии